Прошедшее накануне расширенное заседание правительства продемонстрировало хроническую неспособность финансово-экономического блока предложить хоть какую-нибудь внятную и вменяемую альтернативу тому курсу, который довёл Россию до состояния деиндустриализированной сырьевой колонии.

В целом же, само по себе заседание правительства, которое в нарушение регламента решил провести лично президент Путин, а премьер Медведев выглядел как отчитывающийся перед воспитателем двоечник, в гораздо большей степени было похоже на сеанс нейролингвистического программирования, нежели на попытку найти ответ на стоящие перед страной вызовы. Ничего толком и по делу сказано не было — вместо серьёзного и обдуманного обсуждения структурных дисбалансов отечественной экономики и поиска альтернативной финансово-экономической политики всё в очередной раз свелось к увеселительной беседе и раздаче ни к чему не обязывающих обещаний.

Президент Путин весьма жёстко указал на исчерпание проводившейся на протяжении последних 11 лет финансово-экономической политики, весьма грамотно обрисовал стоящие перед страной вызовы и в очередной раз озвучил свои благие пожелания, призвав правительство подумать над тем, что делать дальше. Что действительно порадовало в речи Путина, так это то, что вслед за своим посланием Федеральному собранию в декабре 2012 г. он вновь указал на необходимость пересмотра денежно-кредитной политики и, по сути дела, подключение Банка России к формированию долгосрочных инвестиционных ресурсов в экономике.

Председатель правительства Медведев как рупор либерального клана взял на себя удар президента, выступил в качестве основного реализатора президентских указов (что был обязан сделать в силу занимаемой должности главы правительства) и разразился целым ворохом абсолютно оторванных от какой бы то ни было реальности обещаний и рассуждений о том, как заживёт Россия к 2018 г.

Министр экономики Андрей Белоусов, сделав реверанс в сторону либералов и указав на необходимость улучшения инвестиционного климата, всё-таки успел сказать, что Россия живёт в условиях аварийного состояния транспортной инфраструктуры и уже в самое скорое время будет неспособна перевозить производимые грузы. А глава Минфина Антон Силуанов, будучи идейным последователем Кудрина и учеником Гайдара, продолжил на полном серьёзе рассуждать о необходимости соблюдения финансовой дисциплины, реализации политики накопления заначки на чёрный день и значимости принятия бюджетного правила, которое легализовало искусственное изъятие из экономики денег с их дальнейшим направлением на финансирование бюджетных дефицитов и стимулирование модернизации стратегических конкурентов России — США, ЕС и Японии.

Правда, как и водится истинному либералу, он не удосужился напомнить, что благодаря проводимой им финансово-экономической политике только в 2012 г. Россия понесла чистый инвестиционный убыток по уплате процентов, дивидендов и прочих доходов на капитал в размере 53 млрд долларов (данные Банка России), а суммарные потери от втягивания в систему неэквивалентного внешнеэкономического обмена на правах сырьевой колонии достигли 210 млрд долларов или 50% федерального бюджета.

Выступление Дмитрия Медведева произвело впечатление неуверенной попытки напомнить о себе и своей значимости президенту, выслужиться перед Путиным и создать иллюзию исполнения его предвыборных указов. Именно по этой причине председатель правительства столь бурно и безапелляционно обещал построить коммунизм в отдельно взятой стране уже к 2030 г. и создать на территории России глобальные экономические Васюки.

Чего стоят хотя бы его утверждения, что России срочно требуется «пятилетка эффективного развития», в рамках которой отечественная экономика должна будет расти темпами не менее 5% ежегодно.

Во-первых, в принципе непонятно, о какой пятилетке может идти речь в современной России, в которой напрочь отсутствует системы стратегического планирования и прогнозирования социально-экономических процессов.

Даже широко разрекламированный в контролируемый властями СМИ переход на 3-летний бюджетный цикл провалился на самом раннем этапе — чиновники толком не могут нормально исполнить и спрогнозировать бюджетные параметры даже на ближайший финансовый год, тогда как два последующих пересматриваются на постоянной основе.

Пятилетки имеют смысл только в том случае, если на высшем государственном уровне ведётся серьёзная работа по построению системы долгосрочного стратегического планирования и прогнозирования вариантов развития финансово-экономической ситуации. Для сравнения, в таких традиционно «рыночных» экономиках, как США, Германия, Франция, Япония, Южная Корея и т.д., ежегодно составляется от 700 до 3000 межотраслевых балансов и в полном объёме функционирует система индикативного (не командно-административного) планирования макроэкономических тенденций и изменения технико-экономических закономерностей.

В России демонтированы практически все институты, которые бы занимались хоть сколько-нибудь серьёзным прогнозированием и планированием развития народного хозяйства.

Во-вторых, о какой бы то ни было пятилетке может идти речь только в том случае, если у правительства есть чёткое понимание того, каких целей оно намерено добиться, что для этого требуется сделать и за счёт каких ресурсов оно собирается их реализовать. В противном случае трёхлетки, пятилетки и даже десятилетки становятся просто не нужны — они являются всего лишь инструментом для достижения целей социально-экономической политики.

В-третьих, совершенно непонятно, кто и в какой степени будет нести ответственность за реализацию поставленных в рамках пятилеток.

Иначе как ни к чему не обязывающей «маниловщиной» и абсолютно оторванными от реалий жизни рассуждениями выступление Дмитрия Медведева назвать не получается. Так же как и всё заседание правительства, на котором вполне резонно был вынесен смертельный диагноз регрессивной макроэкономической политике «роста без развития» (т.е. структурной деградации) и модели проедания нефтедолларов, но ни слова не было сказано о том, что действительно нужно делать руководству страны.

Это заседание кабинета министров не только выявило хроническую недееспособность состава правительства (за очень редким исключением), но и дефолт всей ультралиберальной мысли в России. Она завела страну в тупик и вместо предложения реальной стратегии выхода из кризиса начала заниматься раздачей совершенно нереализуемых обещаний.